В новом выпуске «Евразийского вектора» эксперты обсудили вопросы трансформации международных отношений в Балтийском регионе

Балтийское море когда-то объединяло купцов и народы. Сегодня оно разделяет военные блоки и политические амбиции. Очередной выпуск проекта «Евразийский вектор: наши соседи», который реализуют «Евразийская медиагруппа» и Омский государственный университет имени Ф.М. Достоевского, был посвящён именно этому непростому региону. Задача проекта неизменна: смотреть на Большую Евразию честно, через экономику, политику, культуру и науку, без громких лозунгов, но с опорой на экспертные знания.

Модератором встречи выступил автор программы, ректор ОмГУ, кандидат исторических наук Иван Кротт. В дискуссии сошлись ведущие специалисты: проректор по научной работе ОмГУ Виктор Миронов, профессор СПбГУ Наталья Маркушина, доцент РАНХиГС Елизавета Пронякина, а также директор центра международных исследований Белорусского государственного университета Никита Беленченко.

От Балтики дружбы — к Балтике фронтов

Открывая разговор, Виктор Миронов напомнил, что ещё полтора-два десятилетия назад Балтика была образцом кооперации России и Европы. Исторически же море всегда оставалось полем соперничества — от Ганзейского союза (в который, к слову, входил и Великий Новгород) до схваток между Данией и Швецией за торговые пути. После холодной войны наступил хрупкий паритет: одни страны оказались в НАТО, Финляндия держала нейтралитет на основе договора 1948 года, Швеция оставалась неприсоединившейся. Сегодня всё иначе. Россия свернула сотрудничество с большинством региональных организаций, а вступление Швеции и Финляндии в альянс похоронило старые форматы безопасности.

Почему напряжение только растёт?

Эксперты выделили пять ключевых причин.

• Кризис общеевропейской безопасности.

Систему так и не выстроили, а НАТО расширялся, оставляя диалог за бортом.

• Смена элит в Прибалтике.

Они формировались ещё в 1980-е на антисоветской волне.

• Экономика уступила политике.

Раньше считалось: торговля предотвращает конфликты. Теперь безопасность важнее прибыли. Пример — балтийские порты, потерявшие российский и белорусский транзит после санкций.

• Украинский кризис.

Он радикально изменил восприятие угроз. Как заметил Никита Беленченко: «Ничто так не объединяет, как большой, сильный, страшный чужой. Сегодня таким "чужим" для Балтии стал образ России».

Вместе с этим эксперт отметил, что на уровне региона сотрудничество в определенной степени все еще сохраняется. Финляндия продолжает платить больше миллиарда евро в год за аренду Сайменского канала (хотя суда почти не ходят), а Латвия и Литва, несмотря на санкции, всё ещё поставляют в Россию лекарства.

Большая игра на маленьком море: США, Британия, Франция и Китай

Наталья Маркушина обратила внимание, что нерегиональные игроки присутствуют в Балтике давно — задолго до 2022 года. США — с 1949 года, через Норвегию, Исландию и Данию. Британия после Brexit создаёт «северное мини-НАТО», фактически передовой форпост против России. Франция наращивает военное присутствие, отправляя в учения «Страж Балтики» свой флагманский авианосец «Шарль де Голль».

Елизавета Пронякина добавила, что страны Прибалтики с 2018 года официально отнесены ООН к Северной Европе. В рамках «Нордик-Балтик» формируется объединение прежде всего по линии безопасности. Связующее звено — Эстония и Финляндия, между которыми с 2020 года работает газопровод Baltic Connector.

Никита Беленченко напомнил и о Китае. Пекин долго рассматривал Балтику как часть логистических цепочек «Одного пояса — одного пути». Геополитическая турбулентность заставила Китай диверсифицировать маршруты, но регион остаётся удобной площадкой для продвижения интересов в Евросоюзе.

Финляндия и Швеция в НАТО

Пронякина подробно остановилась на последствиях для Финляндии. Страна достраивает пограничный забор на самой большой сухопутной границе НАТО с Россией. Для приграничных районов это катастрофа — никто не хочет отдыхать «в тени российских танков». Финляндия потеряла и российский туристический поток (европейцы не спешат замещать дачников), а также понесла имиджевые и экономические потери. На её территории открываются две военные базы НАТО — в Микели (почти у границы с Россией) и в Лапландии, что болезненно для страны с сильной экологической и арктической идентичностью.

У Швеции ситуация проще: она всегда умела торговать во время конфликтов и легче адаптируется. Но обе страны ждут от ЕС компенсаций, а Брюссель напоминает, что Евросоюз — экономическое объединение, не имеющее отношения к НАТО.

Русскоязычные, оставшиеся между берегами

Елизавета Пронякина подчеркнула, что в Латвии, Литве, Эстонии и Финляндии живёт большая русскоязычная община — граждане этих стран, носители русской культуры и советских ценностей. Россия обязана их поддерживать через Россотрудничество и МИД. Им сейчас тяжело: на работе и в быту постоянно требуют публично осудить политику России.

При этом общественное мнение не монолитно. Юго-восток Финляндии процветал за счёт сотрудничества с Россией. Экспорт из Прибалтики сократился незначительно, сохраняется реэкспорт. Люди на бытовом уровне не заинтересованы в полном разрыве — смешанные семьи, потеря 2% ВВП, логистические проблемы никуда не делись.

Взгляд из Беларуси: логистика, мир и безвиз

Для Беларуси Балтика — больше чем сосед, поскольку это страна без выхода к морю, но исторически встроенная в балтийскую логистику. Белорусские грузы шли через литовские и латвийские порты десятилетиями. Санкции заставили переориентировать потоки, что показало: инфраструктурные модели могут меняться. Минск заинтересован в снижении напряжённости. Особенно тревожат попытки Прибалтики усилить милитаристскую риторику в адрес Беларуси и релокация украинских производств на их территорию. Беларусь не хочет, чтобы страны Балтии превратились в военно-политический разлом — это создаст угрозу и для республики, и для Союзного государства. Минск продолжает мирную политику, в том числе через безвизовый режим, показывая, что дружественные отношения с Россией могут приносить мирные результаты.

Где возможен диалог?

Участники сошлись на том, что время крупных проектов ушло. Но Россию исключить из балтийских отношений технически невозможно. Сотрудничество возможно в малых форматах: сохранение Сайменского канала, экология моря, безопасность судоходства. Как отметил Беленченко, между военными всегда может найтись общий язык — техническая дипломатия, предотвращение инцидентов. Кроме того, сохраняются академические обмены: жители стран Балтии по-прежнему заинтересованы в обучении в России и Беларуси. Это элемент «мягкой силы», который нужно развивать.

Резюме

Иван Кротт, подводя итоги, подчеркнул: Балтийский регион — это не только море, а сложный узел экономики, политики и безопасности. Сегодня усиливаются барьеры и милитаризация, но изолировать Россию невозможно. Отсутствие минимального диалога ударит по судоходству, сохраняющимся экономическим проектам и обычным гражданам.

Проект «Евразийский вектор: наши соседи» продолжит знакомить зрителей с самыми острыми темами международного взаимодействия на евразийском пространстве. Следующий выпуск уже в работе.

Запись трансляции доступна по ссылке. 

Читайте также:

• Российско‑казахстанские отношения стали темой второй встречи проекта «Евразийский вектор: наши соседи»;
• «Евразийский вектор»: эксперты обсудили внешнеполитические приоритеты Узбекистана и стратегическое партнёрство с Россией;
• Россия и Кыргызстан: стратегическое партнёрство в фокусе «Евразийского вектора»;
• «Один пояс — один путь»: экспертный разбор масштабного проекта Китая;
• В новом выпуске «Евразийского вектора» эксперты обсудили российско-монгольские отношения;
• В новом выпуске «Евразийского вектора» эксперты обсудили российско-белорусские отношения и перспективы союзного государства